biolis
Fatum non penis, in manus non recite
Цыганочка

Цветастый платок дарили,
Водили по-вдоль реки,
Но все, как один, ей были
Безрадостны и далеки.

И даже последний, лучший
Не смог ей смотреть в глаза,
А сколько историй минувших
Могла она рассказать.

А сколько прекрасных сказок
Теплилось в её груди,
И как был красив и сладок
Рождавшийся в горле стих.

Когда же ушёл последний,
К тиши и свободе ревнив,
Ей вдруг показалось, что сердце -
Червонный больной нарыв.

И ей померещилось: небо
Сомкнулось, явив лицо,
Да травы, душистые травы
Зажали её в кольцо.

Она попросила: "Мне бы
Стать лёгоньким ветерком!
Его провожать в даль-небыль,
Клубиться костра дымком".

Тут вихрь завертелся строгий,
Завыл, заметался и стих
Остался платок шелковый
Под сенью плакучих ив.

С тех пор она шепчет сказки
Сквозь шелест и дробь дождя,
И ветром, с теплом и лаской
Целует его глаза.